Вы:
Результат
Архив

Главная / Предметы / Философия / Аристотель - самая универсальная голова среди философов Древней Греции


Аристотель - самая универсальная голова среди философов Древней Греции - Философия - Скачать бесплатно


  МАТЕРИЯ И ФОРМА

      Итак, каждая чувственно воспринимаемая сущность есть нечто  составное:
она слагается из материи и формы (сути бытия,  сущности,  первой  сущности).
«Индивидуальная»,  или  «составная»  сущность  вторична,  материя  и   форма
первичны. Вещь преходяща, тогда как материя и форма вечны. При этом  материя
как  первоматерия  едина,  форм  же  много:  их  столько,  сколько   низших,
ближайших к вещам видов, то есть таких видов, которые уже далее на  виды  не
распадаются. Необходимо  подчеркнуть,  что  форма  –  это  не  качество,  не
количество, не отношение, а то, что несет в себе суть вещи.  Форма  вечна  и
неизменна; «никто не создает и не производит, но вносит  ее  в  определенный
материал, и в результате получается вещь, состоящая из формы и материи».


                       ВОЗМОЖНОСТЬ И ДЕЙСТВИТЕЛЬНОСТЬ

      Отношение между  формой  и  материей  углубляется  и  конкретизируется
Аристотелем  при  помощи  таких  введенных  им  в  философию  понятий,   как
возможность и действительность. Эти понятия позволяют представить  отношение
материи и формы динамически, в движении. Оформляясь,  материя  переходит  из
состояния возможности  в  состояние  действительности.  Понятие  возможности
открывает   перед   Аристотелем   большие   перспективы.   Оно,   во-первых,
диалектично. Так, первоаксиома, основной закон  бытия  и  мышления,  который
запрещает противоречие на уровне действительности, на уровне возможности  не
действует: «В возможности одно и то же может  быть  вместе  противоположными
вещами, но в реальном осуществлении нет».  Поэтому  Гераклит  был  бы  прав,
если бы все что он говорит о единстве противоположного,  он  говорил  как  о
существующем в возможности. Во-вторых, возможность –  это  второй  смысл,  в
котором Аристотель допускает существование небытия. Материя  может  обладать
формой, но может быть и лишена ее. В то  же  время,  обладая  той  или  иной
формой, материя лишена всех остальных. Лишенность  –  это  и  есть  небытие.
Таким  небытием  и  оказывается  первая   материя.   В-третьих,   диалектика
возможности и  действительности  позволяет  Аристотелю  определить  в  самом
общем  виде  движение,  как  изменение  вообще:  «Движением   надо   считать
осуществление в действительности возможного, поскольку это – возможное».


                           ЭНТЕЛЕХИЯ,. ТЕЛЕОЛОГИЯ.

      «Осуществление»  выражается  у   Аристотеля   древнегреческим   словом
«энтелехейа» (или «энтелехия»). Аристотелевское мировоззрение  телеологично.
В его мировоздании все процессы обладают  внутренней  целенаправленностью  и
потенциальной  завершенностью.  «Обусловленность  через  цель»   существует,
подчеркивает Аристотель, не только «среди поступков,  определяемых  мыслью»,
но и «среди вещей, возникающих естественным путем». При этом форму никто  не
создает, она вечна и  вносится  в  соответствующую  материю,  которую  форма
определяет, выступая, таким образом, как цель, внутренне  заданная  той  или
иной последней материи, как программа ее дальнейшей  структурализации.  Цель
– это также и благо: каждая  стремящаяся  реализоваться  потенция  стремится
тем самым к своему благу. В понятии цели – «того, ради  чего»  –  Аристотель
находит третью, после материи и формы, причину всего сущего.


                              ДВИЖУЩАЯ ПРИЧИНА

      Четвертую, и последнюю, причину Аристотель определяет как движущую. Он
говорит, что «всякий раз изменяется что-нибудь действием  чего-нибудь  и  во
что-нибудь». Говоря об источнике движения как движущей  причине,  Аристотель
исходит при этом  из  догмы,  согласно  которой  «движущееся  вообще  должно
приводиться в движение чем-нибудь». Материя у Аристотеля пассивна. С  другой
стороны, философ допускает, что «сущность  и  форма,  это  –  деятельность».
Однако эта деятельность  не  самодовлеющая.  Она  имеет  источник  в  высшей
сущности и форме.  Это  некий  перводвигатель:  «Чем  вызывается  изменение?
Первым  двигателем.  Что  ему  подвергается?  Материя.   К   чему   приводит
изменение? К форме».


                      ЧЕТЫРЕ ПЕРВЫХ НАЧАЛА, ИЛИ ПРИЧИНЫ

      Свое  рассуждение  о  причинах,  которые  в  качестве   первоначальных
являются предметом первой философии, Аристотель резюмирует так: «О  причинах
речь может  идти  в  четырех  смыслах:  одной  такой  причиной  мы  признаем
сущность и суть бытия… другой  причиной  мы  считаем  материю  и  лежащий  в
основе субстрат; третьей – то, откуда  идет  начало  движения;  четвертой  –
причину, противолежащую только что  названной,  а  именно  «то,  ради  чего»
существует вещь,  и  благо  (ибо  благо  есть  цель  всего  возникновения  и
движения)».
      Подытоживая учение Аристотеля о четырех причинах, скажем, что таковыми
являются:
     1. материальная причина;
     2. формальная причина;
     3. движущая причина;
     4. целевая причина.
      Первая отвечает на вопрос «из чего?», вторая – «что это есть?», третья
– «откуда  начало  движения?»,  четвертая  –  «ради  чего?».  При  этом  три
последние причины Аристотель сводит в  одну:  ««что  именно  есть»  и  «ради
чего» - одно и то же, а «откуда первое  движение»  –  по  виду  одинаково  с
ними».


                                  ТЕОЛОГИЯ

      Такой единичной первопричиной в трех смыслах у Аристотеля  оказывается
Бог. Так «первая философия» Аристотеля оборачивается теологией. Этот  термин
известен Аристотелю, более того, он, по-видимому, и ввел его  в  философский
словарь. Именно Бог – вместилище сверхприродных, обособленных от  материи  и
неподвижных, то есть метафизических, сущностей. И сам  Бог  есть  «некоторая
сущность вечная, неподвижная и отделенная от  чувственных  вещей».  В  Боге,
таким образом, сходятся формальная, целевая и движущая причины.  Нет  в  нем
только материи. поскольку материя -– это  возможность, то  лишенный  материи
Бог – чистая действительность и осуществленность, энтелехия. Ввместе  с  тем
Аристотель  говорит,  что  «Бог  есть  живое  существо»,  что  «жизнь,   без
сомнения, присуща ему». Но под жизнью Бога Аристотель понимает  деятельность
разума Бога. Это разум, который «мыслит сам себя… и мысль его есть  мышление
о мышлении». Бог Аристотеля отделен от чувственного мира, ибо это  для  него
предмет недостойный: «Лучше не видеть иные  вещи,  нежели  видеть  их».  Бог
Аристотеля –  идеальный  философ.  Он  мыслит  самое  божественное  и  самое
ценное. Бог мыслит формы бытия, и формы мысли. Он и онтолог и логик. Бог  не
подвергается  изменению,  ибо  всякое  изменение  для  Бога  –  к   худшему.
Божественное  самомышление  является  также  перводвигателем,  который   сам
неподвижен. Бог также и высшая цель: «А что цель имеет  место  и  в  области
неподвижного – это видно из анализа: цель бывает для кого-нибудь  и  состоит
в чем-нибудь, и в последнем случае она находится в этой области, а в  первом
– нет. Так вот, движет она, как  предмет  любви,  между  тем  все  остальное
движет, находясь в движении  само».  Таким  образом,  Бог  побуждает  все  к
движению как цель стремления и предмет мысли.



       АРИСТОТЕЛЬАристотель об онтологии предшественников ОБ ОНТОЛОГИИ
                              ПРЕДШЕСТВЕННИКОВ

      В своих сочинениях Стагирит рассматривает онтологические представления
предшествующих  ему  античных  философов.  Труды  Аристотеля   –   важнейший
источник наших  знаний  в  области  доаристотелевской  философии.  Однако  к
анализу систем ранних философов он  подходит  предвзято  –  с  точки  зрения
своего учения  о  четырех  причинах.  Собственная  философия  представляется
Аристотелю как бы энтелехией всей существовавшей до него философией  Эллады.
Он считает, что  история  философии  полезна  скорее  в  негативном,  чем  в
позитивном аспекте, она нужна, чтобы… «не впасть  в  те  же  самые  ошибки».
Давая   общую   характеристику    предшествующей    философии,    Аристотель
подчеркивает ее случайное приобщение к  истине  и  устарелую  форму.  Ранние
философы сравниваются Аристотелем с неискусными в  битвах  людьми:  «Ведь  и
те, оборачиваясь во все стороны, наносят  иногда  прекрасные  удары,  но  не
потому,  что  знают;  и  точно  так  же  указанные  философы  не  производят
впечатление людей, знающих  что  они  говорят».  Что  касается  причин,  то,
утверждает Аристотель, никто  из  предшественников  «не  вышел  за  пределы»
указанных им самим четырех причин, «но  все  явным  образом  так  или  иначе
касаются, хотя и неясно, а все же именно этих  начал».  Все  они  говорят  о
материальной причине, а самые первые философы,  начиная  с  Фалеса,  никакой
другой причины  и  не  знали:  «Из  тех,  кто  первые  занялись  философией,
большинство считало началом всех вещей лишь одни начала в виде материи:  то,
из чего состоят все вещи,  из  чего  первого  они  возникают  и  во  что,  в
конечном счете, они разрушаются, причем основное существо  пребывает,  а  по
свойствам своим меняется, - это  они  считают  элементом  и  это  –  началом
вещей». Но лишь некоторые философы коснулись движущей причины, например  те,
«кто делает началом дружбу  и  вражду,  или  ум,  или  любовь».  Еще  меньше
говорилось  о  целевой  и  формальной  причинах:  «Суть  бытия  и   сущность
отчетливо никто не указал, скорее же всего говорят  о  них  те,  кто  вводит
идеи».



               Критика теории идей ПлатонаКРИТИКА ТЕОРИИ ИДЕЙ

      «…Хотя Платон и истина мне дороги, однако священный долг велит  отдать
предпочтение истине», ,--  говорит  Аристотель. Аристотель  показывает,  что
платоновское учение об  идеях  вырастает  из  некоторых  предшествующих  ему
философских взглядов как бы естественным  образом.  В  большинстве  вопросов
Платон примыкал к пифагорейцам. Для возникновения  платонизма  имел  большое
значение и сократовский поиск «общих определений». Однако решающий  шаг  был
сделан самим Платоном: он и его последователи  и  ученики  –  это  «те,  кто
делает число самостоятельным», «если взять пифагорейцев, то в  этом  вопросе
на них никакой вины нет». Также и Сократ «во  всяком  случае  это  общее  не
отделил от единичных вещей», за что Аристотель его  одобряет.  Решающим  для
возникновения объективного идеализма Платона было противоречие  между  двумя
его учителями – гераклитовцем Кратилом и Сократом. Первый учил, что  «нельзя
дать общего определения для какой-нибудь  из  чувственных  вещей,  поскольку
вещи эти постоянно изменяются», второй же считал, что именно  на  достижение
общих  определений  должно  быть  направлено  внимание   философов.   Приняв
положение Кратила и  усвоив  также  взгляд  Сократа  на  предмет  философии,
Платон пришел к мысли, что общие «определения имеют  своим  предметом  нечто
другое, а не  чувственные  вещи»,  и,  «идя  указанным  путем,  он  подобные
реальности назвал идеями».
      Аристотель, прежде всего, критикует платоновское  понимание  отношения
между идеями и вещами. У Платона «все  множество  вещей  существует  в  силу
приобщения  к  одноименным  сущностям»,  но  «самое   это   приобщение   или
подражание  идеям,  что  оно  такое,  -  исследование  этого  вопроса  было…
оставлено в стороне». Аристотель разбирает аргументы «академиков»  в  пользу
существования идей и находит  их  несостоятельными  и  противоречащими  друг
другу. Согласно «доказательствам  от  наук»,  идеи  будут  существовать  для
всего,  что  является   предметом   науки.   Аристотель   указывает   и   на
противоречивость самой теории идей: согласно духу  платонизма,  должны  быть
только идеи сущностей, но на самом деле у Платона получаются и идеи  многого
другого, например  идеи  качеств.  Но  приобщение  к  таким  идеям  было  бы
случайным, ведь качество изменчиво.  Таким  образом,  идеи  должны  выражать
только сущность. Но «у сущности одно и то же значение и в здешнем мире, и  в
тамошнем». Поэтому платоновские идеи ничего не объясняют, в  учении  Платона
происходит лишь удвоение мира. Но  «ведь  покажется,  пожалуй,  невозможным,
чтобы врозь находились сущность и то, чего она есть  сущность;  поэтому  как
могут идеи,  будучи  сущностями  вещей,  существовать  отдельно  от  них?»,-
задает Аристотель риторический вопрос.  Аристотель  показывает,  что  ошибка
Платона в том,  что  он  придает  самостоятельное  существование  тому,  что
самостоятельно не существует; позже это  стали  называть  гипостазированием.
Стагирит подверг платонизм критике в  основном  уже  после  смерти  Платона,
когда действовали другие «академики»: Спевсипп, Ксенократ  и  др.  эЭто  был
поздний платонизм, он сильно отличается от того, что мы находим в  известных
нам диалогах Платона: в конце жизни автор учения склонился от теории идей  к
теории чисел. Изложению  этого  близкого  пифагорейскому  учения  Платона  и
других «академиков» Аристотель уделяет много места. Мы  узнаем,  что  Платон
ввел единое как сущность и  двоицу  (большое  и  малое)  как  некое  подобие
материи, из которой рождаются через приобщение их к единому  числа  и  идеи,
которые, в свою очередь, выступают как причины чувственных  вещей.  «Большое
и малое» Аристотель сравнивает с «апейроном» пифагорейцев. При  этом  единое
и идеи, поскольку идеи приобщены к  этому  единому  и  участвуют  в  них,  -
причина добра, а «материя» (двоица) и идеи, поскольку они приобщены к  вещам
и участвуют в  них,  -  причина  зла.  «Все  это  неразумно  и  находится  в
конфликте и само с собой, и с естественным вероятием, и как будто  мы  здесь
имеем  ту  «словесную  канитель»,  о  которой  говорит  Симонид;  получается
словесная канитель, как она бывает у рабов, когда в  их  словах  нет  ничего
дельного. И кажется, что самые элементы – большое и малое –  кричат  громким
голосом, словно  их  тащат  насильно:  они  не  могут  ведь  никоим  образом
породить числа». Аристотель решителен в своей  критике.  «С  эйдосами  можно
распроститься: ведь они только пустые звуки», - сказано у  него  во  «Второй
аналитике».  Он  говорит,  что   «предполагать,   что   общее   есть   нечто
существующее помимо частного, потому что  оно  означает  нечто  единое,  нет
никакой необходимости».

Вторая философия или физика

      Первая  философия  не  единственная  наука,  изучающая   сущее.   Этим
занимаются и другие науки. Но они, будучи «частными», исследуют ту или  иную
«часть его», «то или другое бытие» и «не дают никакого обоснования для  сути
предмета». Таковы математика и физика, или «вторая философия».

                                 МАТЕМАТИКА

      Если первая философия рассматривает, прежде всего, и  главным  образом
неподвижные и обособленные от материи предметы, первые сущности,  формы,  то
«у математики некоторые отрасли имеют  дело  с  объектами  неподвижными,  но
такими, пожалуй, которые  не  существуют  отдельно,  а  даются  в  материи».
Аристотель различает «общую математику» и геометрию и астрономию.  Последние
занимаются отдельными областями сущего, тогда как  «общая  математика  имеет
отношение  ко  всем».  Мысль  об  универсальности  математики  не  получила,
однако, развития у Аристотеля.
      В центре внимания мыслителя основной  вопрос  философии  математики  –
вопрос о  природе  числа,  который  он  формулирует  так:  «Если  существуют
математические предметы, то они должны либо находиться в чувственных  вещах,
как утверждают некоторые, либо быть отдельно от  чувственных  вещей  (и  это
тоже некоторые говорят); а если они не существуют ни тем, ни  другим  путем,
тогда они либо вообще не существуют, либо существуют в  ином  смысле:  таким
образом, в этом последнем случае спорным у нас будет уже не  то,  существуют
ли  они,  но  каким  образом   они   существуют».   По   мнению   Стагирита,
математические предметы не существуют ни отдельно от чувственных  вещей,  ни
в самих чувственных вещах.
      При этом точка зрения  Аристотеля  своего  рода  отрицание  отрицания.
Пифагорейцы не  отделяли  числа  от  вещей,  а  вещи  –  от  чисел,  они  их
отождествляли,  для  чего   геометризировали   их   (зародыш   аналитической
геометрии); например, число 21 – это треугольник с  длиной  сторон  в  шесть
единиц, телесных монад, ибо из  стольких  монад  можно  сложить  эту  фигуру
(если единицы заполнят ее сплошь). Впервые отделили числа от вещей Платон  и
его  последователи  –  «академики»  Спевсипп,  Ксенократ   и   другие.   Они
превратили числа  в  самостоятельные  сущности,  первичные  по  отношению  к
вещам. В последний период своей деятельности  Платон  превращал  в  числа  и
сами идеи, и даже материю:  «Материя,  которая  получает  определения  через
идеи при образовании  чувственных  вещей  и  определения  через  единое  при
образовании  идей,  эта  материя  есть  двоица  (пара),  большое  и  малое».
Аристотель  же  вернул  числа  в  вещи,  но  не  по-пифагорейски,  не  путем
отождествления того и другого: в вещах находятся не сами числа, а  такие  их
свойства,  которые  путем  абстрагирующей  работы  мышления   становятся   в
человеческом сознании числами.

                           ПРЕДМЕТ ФИЗИКИ, ПРИРОДА

      В отличие от  первой  философии,  которая  изучает  неподвижное  и  от
материи  обособленное,  и  от  математики,  которая  изучает  неподвижное  и
необособленное, обособляемое только мыслью, физика изучает  подвижное  и  не
обособленное от материи, она «имеет дело с таким бытием, которое способно  к
движению,  и  с   такой   сущностью,   которая   в   преимущественной   мере
соответствует  понятию,  однако  же,  не  может  существовать  отдельно   от
материи».   С   другой   стороны,   физические   сущности   в   отличие   от
математических, подобно метафизическим  существуют  самостоятельно.  Поэтому
Аристотель и ставил  физику  на  второе  место  после  метафизики  («Что  же
касается физики, то она также есть некоторая  мудрость,  но  не  первая»)  и
говорил о ней  как  о  «второй  философии».  Предмет  физики  –  природа,  а
«природа есть только отдельный род существующего».
      Древнегреческое «фюзис» (природа)  динамично.  В  словаре  философских
терминов Аристотель отмечает, что о природе говорят в шести  значениях.  Это
и
1) возникновение рождающихся вещей;
2) то основное в составе вещи, из чего вещь рождается;
3) источник движения каждой из природных вещей;
4) тот основной материал, из которого она состоит, или возникает  какая-либо
   из вещей, то есть материя;
5) форма;
6) сущность.
      Подытоживая, Аристотель говорит, что «природою  в  первом  и  основном
смысле является сущность, а именно сущность вещей, имеющих  начало  движения
в самих себе, как таковых». Что касается материи, то она  является  природой
лишь постольку, поскольку способна определяться через сущность.

                              ФИЗИКА АРИСТОТЕЛЯ

      Аристотель  считал,  что  физика  должна  быть   чисто   умозрительной
дисциплиной. Метод физики Аристотеля  –  аналитический.  Философ  расчленяет
стихийно сложившиеся представления и понятия о природе, движении, времени  и
т.д. Анализ Аристотеля глубокомыслен. Он  находит  в  этих  понятиях  разные
смыслы и  противоречия.  Он  выявляет  их  рациональный  смысл,  формулирует
проблемы, находит в них противоречия, иногда даже  находит  их  решение.  Но
решения  эти  никогда  не  подкрепляются  экспериментом.  Физика  Аристотеля
совершенно  оторвана   от   деятельности.   У   него   нет   и   намека   на
экспериментальный метод.
      Физика Аристотеля не  всегда  была  на  вершине  физики  его  времени.
Стагирит не принял ни догадки пифагорейца Филолая о  том,  что  Земля  –  не
центр мира,  ни  атомизм  Левкиппа  –  Демокрита,  он  остался  на  позициях
геоцентризма (на два тысячелетия утвердив его) и архаического  представления
о веществе как совокупности четырех стихий,  состоящих  в  свою  очередь  из
комбинации  сухого,  холодного,  влажного  и  горячего  (вода  –  влажное  и
холодное, земля – сухое и холодное, воздух –  влажное  и  горячее,  огонь  –
сухое и горячее). Физика Аристотеля подчинена его метафизике,  телеологии  и
теологии. Но все же в активе физики Аристотеля были и  немаловажные  моменты
– учение о вечности и несотворенности материи, движения и мира.

Биология и психология

      Аристотель был основателем биологии как науки. Он организовал в  своей
школе  изучение  живой  природы.  В   результате   появилась,   по-видимому,
коллективная «История животных», а  также  «О  частях  животных»,  «Движение
животных» и «О происхождении животных» –  сочинения,  связываемые  с  именем
самого Аристотеля.

                             ПРОИСХОЖДЕНИЕ ЖИЗНИ

      Хотя принцип целесообразности Аристотель как будто  бы  распространяет
на все мироздание, он не гилозоист. Как он пишет в  произведении  «О  душе»,
«из естественных  тел  одни  наделены  жизнью,  другие  –  нет»;  жизнью  он
называет «всякое питание, рост  и  упадок  тела,  имеющие  основания  в  нем
самом».
      В  вопросе  о  происхождении  жизни  Аристотель  придерживался  теории
самопроизвольного зарождения. Не только насекомые, но и такие животные,  как
рыбы, моллюски, черви и т. п., могут, по его мнению, возникать  из  морского
ила и гниющего вещества. Остальные же животные возникают из семени  животных
одного   с   ними   вида.   Благодаря   авторитету   Аристотеля   мысль    о
самопроизвольном  зарождении  простейших  животных  привилась  и   настолько
укоренилась  в  науке,  что  биологам  даже  в  прошлом   веке   приходилось
доказывать на опытах, что жизнь всегда происходит из яйца.

                           КЛАССИФИКАЦИЯ ЖИВОТНЫХ

      В биологии Аристотель является отцом зоологии, а  не  ботаники  (отцом
которой был Теофраст). В  биологических  (точнее  –  зоологических)  работах
Аристотеля упомянуто и описано более пятисот  видов  животных  –  цифра  для
того времени  громадная.  Аристотелю  принадлежит  первая  в  истории  науки
классификация и систематизация животных.

                                 ПСИХОЛОГИЯ

      Психология Аристотеля  (а  ему  принадлежит  первый  в  истории  науки
психологический трактат  «О  душе»,  так  что  Аристотеля  можно  считать  и
родоначальником  психологии)  занимает  в   мировоззрении   этого   великого
мыслителя, в сущности, центральное место, поскольку душа,  по  представлению
Стагирита, связана, с одной стороны, с материей,  а  с  другой  –  с  Богом.
Поэтому психология – и часть физики, и  часть  теологии  (первой  философии,
метафизики). По  своему  предмету  психология  (в  своей  физической  части)
совпадает с биологией. Обе науки изучают живое, но биология  изучает  его  в
аспекте  формальной  и  материальной  причин,  а  психология  –  целевой   и
движущей, а это и есть душа.

                              ОПРЕДЕЛЕНИЕ ДУШИ

      В трактате «О душе» Аристотель дает три определения души, близких друг
другу, но не тождественных. Он говорит, что «душа необходимо  есть  сущность
в  смысле  формы  естественного  тела,  обладающего  в  возможности  жизнью.
Сущность же (как форма) есть энтелехия;  стало  быть,  душа  есть  энтелехия
такого  тела»;  что  «душа  есть  первая   энтелехия   естественного   тела,
обладающего в возможности жизнью»; что «душа же  есть  суть  бытия  и  формы
(логос) не такого тела, как топор, а такого естественного  тела,  которое  в
самом  себе  имеет  место  начало  движения  и  покоя».  Согласно   Нуйенсу,
Аристотель в вопросе о взаимоотношении тела, души и ума  прошел  три  этапа,
которые приходятся соответственно на три периода деятельности философа  (см.
выше).  Сначала  Аристотель  учил,  что  ум  присущ  телу,  как  бессмертное
смертному. Затем что душа есть жизненная сила, которая находится  в  теле  и
связана с ним особым  органом,  и  что  она  присуща  всем  живым  существам
(именно в этот период Аристотель создает свои биологические  труды),  однако
ум он начинает отделять от души. Наконец, Аристотель истолковывает душу  как
энтелехию тела; такая душа не бессмертна, она возникает и погибает вместе  с
телом, зато ум (нус) совершенно отделяется от  души,  как  нематериальный  и
бессмертный.

Гносеология, логика, наукоучение

      Специальных работ по гносеологии у Аристотеля нет. Но  о  познании  он
говорит везде: и в метафизических, и в физических, и в психологических, и  в
логических своих сочинениях, и даже в трудах, посвященных этике и политике.

                          РОЛЬ АРИСТОТЕЛЯ В ЛОГИКЕ

      Аристотель – отец логики как систематизированной науки  о  мышлении  и
его законах. Он опирался на  Демокрита,  Платона  и  других  древнегреческих
философов, но никто из них  не  создал  науки  о  мыслительной  деятельности
рассуждающего  человека.  Сам  Аристотель  называл  свою  науку  о  мышлении
аналитикой, и его главные логические работы называются «Первая аналитика»  и
«Вторая аналитика». Мыслитель также употреблял слово «анализ»,  понимая  под
этим разложение сложного на простое вплоть до далее неразложимых  первоначал
или аксиом. Однако логика для  Аристотеля  –  не  самостоятельная  наука,  а
инструмент наук. Это  и  дало  основание  поздним  комментаторам  Аристотеля
назвать совокупность его логических работ «Органоном»,  то  есть  орудием  –
орудием  всякого  знания.  «Органон»  включает  в   себя  



Назад
 


Новые поступления

Украинский Зеленый Портал Рефератик создан с целью поуляризации украинской культуры и облегчения поиска учебных материалов для украинских школьников, а также студентов и аспирантов украинских ВУЗов. Все материалы, опубликованные на сайте взяты из открытых источников. Однако, следует помнить, что тексты, опубликованных работ в первую очередь принадлежат их авторам. Используя материалы, размещенные на сайте, пожалуйста, давайте ссылку на название публикации и ее автора.

281311062 © il.lusion,2007г.
Карта сайта
  
МЕТА - Украина. Рейтинг сайтов Союз образовательных сайтов